Тема жизни и смерти в русской лирике

Тема жизни и смерти в лирике А. С. Пушкина

В своем творчестве А. С. Пушкин не раз обращался к теме жизни и смерти. Многие его произведения поднимают эту проблему; как каждый человек, поэт пытается понять и осмыслить окружающий мир, постичь тайну бессмертия. Эволюция мировоззрения, восприятия жизни и смерти Пушкина шла на протяжении всего творческого пути поэта.

В лицейские годы Пушкин упивается своей молодостью, его стихи не отягощают мысли о смерти, о безысходности жизни, он беззаботен и весел. Под стол холодных мудрецов, Мы полем овладеем, Под стол ученых дураков! Без них мы жить умеем, – писал юный поэт в стихотворении “Пирующие студенты”, 1814 год.

Те же мотивы звучат в произведении 1817 года “Кривцову”: Не пугай нас, милый друг, Гроба близким новосельем: Право, нам таким бездельем Заниматься недосуг.

Юность полна жизни – жизнь полна радости. Девиз всех лицеистов: “Пока живется нам, живи!..” В восторженном ликовании, радостном забвении, кажется, проходят дни Пушкина. И среди этих наслаждений юности поэт пишет “Мое завещание друзьям”, 1815 год.

Обратите внимание

Откуда мысли о смерти возникают у совсем еще неопытного, не познавшего жизнь поэта? И хотя стихотворение полностью соответствует анакреонтическому настрою лицеистов, эпикурейской философии, оказавшей влияние на лирику того периода, в нем звучат и элегические мотивы грусти, романтического одиночества:

И пусть на гробе, где певец Исчезнет в рощах Геликона, Напишет беглый ваш резец: “Здесь дремлет юноша – мудрец, Питомец нег и Аполлона”. Здесь, правда еще очень неопределенно, положено начало тому творческому пути, который приведет поэта к написанию “Памятника”, и здесь же, может быть впервые, Пушкин задумывается о бессмертии. Но вот лицей позади, и поэт вступает в новую жизнь, его встречают уже более серьезные, реальные проблемы, жестокий мир, требующий огромной силы воли, чтобы не потеряться среди “мчащихся” и “вьющихся туч” и “бесов”, чтобы их “жалобный плач” не “надрывал сердце”, чтобы “злобный гений” и его “язвительные речи” не смогли поработить, не смогли управлять поэтом. В 1823 году, во время южной ссылки, поэт переживает глубокий кризис, связанный с крахом поэтических надежд на то, что “над отечеством свободы просвещенной” взойдет “прекрасная заря”. В результате этого Пушкин пишет стихотворение “Телега жизни”: Хоть тяжело подчас в ней бремя, Телега на ходу легка; Ямщик лихой, седое время, Везет, не слезет с облучка. Бремя жизни тяжело для поэта, но вместе с тем он признает полную власть времени. Лирический герой пушкинской поэзии не восстает против “седого ямщика”, так будет и в стихотворении “Пора, мой друг, пора”, 1834 год. Летят за днями дни, и каждый час уносит Частичку бытия. А мы с тобой вдвоем Предполагаем жить… И глядь – как раз умрем. Уже в 1828 году Пушкин пишет: “Дар напрасный, дар случайный… “. Теперь жизнь – это не только “тяжелое бремя”, а напрасный дар “враждебной власти”. Для поэта сейчас жизнь – бесполезная вещь, его “сердце пусто”, “празден ум”. Замечательно, что жизнь дарована ему “враждебным” духом, взволновавшим ум сомненьем, душу наполнив страстью. Это итог, некий этап жизни, который поэт прошел в своем творчестве, ведь стихотворение было написано 26 мая – в день рождения поэта, в день, когда на ум должны приходить самые светлые мысли. В этом же году Пушкин создал “Брожу ли я вдоль улиц шумных”. Неотвратимость смерти, постоянные мысли о ней неотвязно следуют за поэтом. Он, размышляя о бессмертии, находит его в будущем поколении: Младенца ль милого ласкаю, Уже я думаю: прости! Тебе я место уступаю: Мне время тлеть, тебе – цвести. Также бессмертие Пушкин видит в слиянии с природой, в том, чтобы после смерти превратиться в неотъемлемую часть “милого предела”. И здесь опять присутствует мысль о неотвратимой власти времени над человеком, оно вольно распоряжаться судьбой его по своему усмотрению: И где мне смерть пошлет судьбина? В бою ли, в странствии, в волнах? Или соседняя долина Мой примет охладелый прах?.. Бессмертие… Размышляя над этой темой, поэт приходит к такому выводу: жизнь кончается, а смерть, возможно, лишь этап жизни. Пушкин не ограничивается рамками земной жизни одного человека – бессмертие каждого в его внуках и правнуках – в его потомстве. Да, поэт не увидит “могучий, поздний возраст” “младого, незнакомого племени”, но он воскреснет из небытия, когда, “с приятельской беседы возвращаясь” “веселых и приятных мыслей полн”, потомок поэта о нем “вспомнит”, – так Пушкин писал в стихотворении “Вновь я посетил”, 1835 год. Но свое бессмертие поэт видит не только в продолжении рода, но и в самом творчестве, в поэзии. В “Памятнике” поэт предрекает себе бессмертие в веках: Нет, весь я не умру – душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит, И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит.

Поэт размышляет о смерти и жизни, о роли человека в мире, о его судьбе в мировом устройстве жизни, о бессмертии. Человек в пушкинской поэзии подвластен времени, но не жалок. Человек велик как человек – не зря Белинский говорил о поэзии, “наполненной гуманизмом”, возвышающей человека.

(No Ratings Yet)
Loading…

Мій улюблений літературний герой за сестрою.

Ви зараз читаєте: Тема жизни и смерти в лирике А. С. Пушкина« Антонич Богдан-Ігор – Пісня про вічну молодістьПортрет в романе М. Ю. Лермонтова “Герой нашего времени” »

Источник: https://ukr-lit.com/tema-zhizni-i-smerti-v-lirike-a-s-pushkina/

«Я люблю судьбу свою..»

Тема смерти и бессмертия в поэзии Николая Рубцова …

«Поэту необходимо думать о смерти, и только памятуя о ней, поэт может особенно остро ощущать жизнь», – говорил Сергей Есенин. Смерть вошла в судьбу Николая Рубцова почти с самого её начала: умерла его мать и две сестры, отец пропал на фронте, и Рубцов много лет считал, что «на войне отца убила пуля», пока не встретился с ним в Вологде в 50-х годах.

Романтическая «тема моря», о которой писал сам Рубцов, смыкается в его ранней лирике с темой смерти постоянно:

Прямо в сердце врывалось силой

Красоты, бурлившей вокруг.

Но великой братской могилой

Мне представилось море вдруг.

(«Море»)

Даже в стихах, написанных на заказ и публиковавшихся во флотских газетах, она заявляет о себе со свойственной юному поэту категоричностью:

Ничего нет врага ненавистней!

Тот, кто смело врагов истребляет,

Никогда не уходит из жизни,

Если даже в бою погибает!

(«Сердце героя»)

Философские размышления о бренности мира («О земле подумаю, о небе, / И о том, что все это пройдет») резко отличались от бесшабашного матросского веселья в редкие часы отдыха.

По воспоминаниям Валентина Сафонова, друга Рубцова, ставшего впоследствии писателем, «очень уж не вязалась печальная наполненность этих строк с обликом автора – жизнерадостного моряка…

Кто из нас, двадцатилетних, мог всерьез воспринять строки о памяти, что «отбивается от рук», о молодости, что «уходит из-под ног»? Жизненные дали для нас, по сути, только начинались».

Может быть, сиротство и несчастная любовь сделали юношу философом, а может, нечто иное скрывалось в его поэтической натуре: «Все проходит, проходит и жизнь» (ст-е «Соловьи»).

Рядом с темами смерти, прощания, ухода, в его пока еще ученической лирике стала крепнуть тема бессмертия, вечности:

Я, юный сын морских факторий,

Хочу, чтоб вечно шторм звучал.

Чтоб для отважных вечно – море,

А для уставших – свой причал.

(«Я весь в мазуте, весь в тавоте…»)

– эта строфа из его ранней лирики воспринимается совсем иначе, если посмотреть на неё с этой точки зрения.

Самым загадочным стихотворением этого периода стали «Мачты»:

Созерцаю ли звезды над бездной

С человеческой вечной тоской,

Воцаряюсь ли в рубке железной

За штурвалом над бездной морской, –

Все я верю, воспрянувши духом,

В грозовое свое бытие

И не верю настойчивым слухам,

Читайте также:  Анализ стихотворения «заметался пожар голубой» (с. есенин)

Будто все перейдет в забытье,

Будто все начинаем без страха,

А кончаем в назначенный час

Тем, что траурной музыкой Баха

Провожают товарищи нас.

Это кажется мне невозможным.

Все мне кажется – нет забытья!

Все я верю, как мачтам надежным,

И делам, и мечтам бытия.

Важно

Подобное заявление в условиях государственного атеизма само по себе было вызовом, но для Рубцова, искавшего истину, не это было главным – еще до службы на флоте будущий поэт познакомился с Библией, читал труды Гегеля, Канта, Аристотеля, Платона…

Зрелая лирика Николая Рубцова буквально пронизана насквозь данной темой, превратившейся в настойчивый мотив. Его лирический герой чувствует «смертную связь» с Родиной, видит «неспокойные тени умерших», покойную мать (ст-е « В горнице»), слышит «незримых певчих пенье хоровое» и воспринимает смерть как естественное продолжение жизни души:

И эту грусть, и святость прежних лет

Я так любил во мгле родного края,

Что я хотел упасть и умереть

И обнимать ромашки, умирая…

(«Над вечным покоем»)

Здесь нет самолюбования, позы, искусственности чувства, – есть совершенное понимание бессмертной сущности любви. Поэт так рад этому пониманию, что готов поделиться им со всеми: «Поверьте мне: я чист душою», «Я клянусь: душа моя чиста».

Незримое присутствие Бога ощущается в зрелых стихах Рубцова постоянно, в стихотворении «Русский огонёк» он говорит о Нем естественно и просто: «Дай Бог, дай Бог…

» Лексика этого периода насыщена библеизмами и производными от них: «божество», «ангел», «молитвы», «крест», «светлая весть», «вечный покой», «дьявольская сила», «молитвенный обряд», «святая обитель», «небесный свет», «Божий храм», «свеча»…

Его «скромный русский огонёк» горит «как добрая душа» – в православной традиции горящая свеча – символ краткости земной жизни.

Размышления о связи смерти и бессмертия в стихотворении «В святой обители природы» завершаются так:

И неизвестная могила

Под небеса уносит ум,

А там – полночные светила

Наводят много-много дум…

О содержании этих дум можно только догадываться – цензура не позволяла раскрывать такие темы глубоко. Впрочем, для Рубцова она не стала серьёзным препятствием, он использовал иносказание, подтекст, символику, и не прогадал: «Кто мне сказал, что надежды потеряны? / Кто это выдумал, друг?» А вот и прямое его заявление:

И думаю я – смейтесь иль

Не смейтесь –

Косьбой проворной на лугу

Согрет,

Что той, которой мы боимся, – смерти,

Как у цветов, у нас ведь тоже нет!

(«Ночь коротка. А жизнь, как ночь длинна…»)

В стихотворении «Видения на холме» поэт говорит о любви к России «навек, до вечного покоя» – явное православное миропонимание бессмертия. Рубцов подтверждает и известную евангельскую мысль («У Бога все живы»): «Здесь каждый славен – мёртвый и живой!» («Старая дорога»). Личный уход, считает поэт, – лишь часть общей нашей судьбы:

Боюсь, что над нами не будет таинственной силы,

Что выплыв на лодке, повсюду достану шестом…

(«Я буду скакать по холмам задремавшей отчизны…»)

Совет

Характерное замечание лирического героя: «без грусти дойду до могилы», многократно повторённое в его поэзии, свидетельствует о силе веры, убеждения в том, что и в жизни, и в смерти есть свой высший смысл. Николай Рубцов, полагаясь на волю Божью, не боялся смерти – это подтверждает не только его философская лирика, но и стихи бытовые, шутливые, ироничные:

Слез не лей над кочкою болотной

Оттого, что слишком я горяч,

Вот умру – и стану я холодный,

Вот тогда, любимая, поплачь!

(«Слез не лей»)

Если бы цензоры по-настоящему вчитывались в некоторые «проходные» стихотворения Рубцова, то они пришли бы в ужас! Гомерический хохот вызывал у читателей стих о покорителях космоса:

Люди! Славьте во все голоса

Новый подвиг советских героев!

Скоро все улетим в небеса

И узнаем, что это такое…

Рубцовский шедевр «Философские стихи» полностью посвящен теме смерти и бессмертия.

Начинается он с укора умирающему человеку, создавшему в жизни «ложный облик счастья», полный довольства и славы, а заканчивается отказом от осуждения: «Мы по одной дороге ходим все…

», осознанием неизбежного собственного конца («Когда-нибудь ужасной будет ночь») и пониманием смерти как Божьей милости и даже счастья:

Но я пойду! И знаю наперед,

Что счастлив тот, хоть с ног его сбивает,

Кто все пройдет, когда душа ведет,

И выше счастья в жизни не бывает!

В сборниках «Душа хранит» (1969) и «Сосен шум» (1970) пронзительно зазвучала трагическая тема – Николай Рубцов словно прощался с этим миром. Посмертные книги, составленные самим поэтом: «Зеленые цветы» (1971) и «Подорожники» (1976), в которых впервые были опубликованы многие неизвестные ранее стихотворения, еще более усилили это впечатление.

Предчувствие ухода ощущается во многих юношеских стихах Рубцова:

Неужели так сердце устало,

Что пора повернуть и уйти?

Мне ведь так ещё мало, так мало,

Даже нету ещё двадцати…

(«На душе соловьиною трелью…»)

Впервые фразу о своей смерти он легкомысленно, полушутя-полусерьезно обронил еще в 1954 году в Ташкенте, когда ему было всего 18 лет: «Да, умру я! И что ж такого…». Десятилетие спустя у Рубцова вырвалось страшное предсказание: «Когда-нибудь ужасной будет ночь». Думы о собственном конце преследовали его постоянно:

Замерзают мои георгины.

И последние ночи близки. (1967)

Родимая! Что еще будет

Со мною? Родная заря

Уж завтра меня не разбудит,

Играя в окне и горя. (1968)

В стихотворении “Зимняя ночь” (1969) то ли “черный человек”, то ли сама смерть зовет поэта:

Кто-то стонет на темном кладбище,

Кто-то глухо стучится ко мне,

Кто-то пристально смотрит в жилище,

Показавшись в полночном окне…

Здесь все серьезно. Все дышит предвестьем небытия – не только упоминание о кладбище, не только классический символ смерти – ночь, но и указание на ее непознанность и невозможность познания: «Есть какая-то вечная тайна / В этом жалобном плаче ночном». В “Элегии” (1970) чувствуется уже обреченность: «Отложу свою скудную пищу / И отправлюсь на вечный покой». И, наконец, указана дата:

Я умру в крещенские морозы…

Стихотворения, посвященные поэтам, также поднимают тему гибели («Сергей Есенин», «О Пушкине», Дуэль», «Памяти Анциферова», «Последняя ночь») но, что удивительно, в понимании Рубцова преждевременная смерть – это тоже Божья милость:

Уже давно,

Как в Божью милость,

Он молча верил

В смертный рок.

(«Дуэль»)

Обратите внимание

Пророческие видения как уже говорилось, появлялись в стихах Рубцова неоднократно, даже с указанием места:

Мое слово – верное,

Мои карты – козыри.

Моя смерть, наверное

На Телецком озере.

Но самым известным произведением из этого ряда стало стихотворение «Я умру в крещенские морозы…

» На предсказание даты собственной гибели все обращают внимание – это, действительно, редчайший случай не только в русской, но и в мировой поэзии, – но содержание стихотворения на самом деле жизнеутверждающее: гроб разобьется, усопший встанет из могилы – совсем как в евангельском откровении! А концовка стихотворения и вовсе не оставляет никаких сомнений: «Я не верю вечности покоя!»

О духовных причинах гибели Николая Рубцова говорить сложно, да и вряд ли мы имеем на это право, но сам поэт оценивает свой жизненный путь весьма жёстко:

Почему мне так не повезло?

По ночам душе бывает страшно,

Оттого, что сам себе назло

Много лет провел я бесшабашно.

Еще одно предсказание смерти, причем в деталях, поражает:

Как жаль, что я умру

совсем бесславно,

А может, я с достоинством умру?

– Так и случилось, обстоятельства смерти поэта всегда будут вызывать вопросы.

Тема смерти и бессмертия в поэзии Николая Рубцова возникла не по прихоти автора, а по воле Божьей: «О чем писать? / На то не наша воля!» И относиться к его ранней смерти надо смиренно, по примеру самого поэта. Дело ведь не в том, сколько ты протянешь на этой земле, а в том, как ты проживешь, что оставишь людям:

Можно жить и лёжа на полатях,

Читайте также:  Кратчайшее содержание рассказа «степа» для читательского дневника (иван бунин)

Бить баклуши хоть до сотни лет.

Жизнь моя, промчись же,

Как торпедный катер,

Оставляя за собою

Бурный след!

(Н. Рубцов)<\p>

 Виктор Бараков, член Союза писателей России, доктор филологических наук

Вологда

Источник: http://ruskline.ru/analitika/2016/01/19/ya_lyublyu_sudbu_svoyu

Философские вопросы бытия в лирике С.А. Есенина Тема жизни и смерти в стихотворении «Мы теперь уходим понемногу…»

В своей философской лирике Есенин ставит множество вопросов, обращенных в первую очередь к самому себе: чем я жил, что я успел, для чего пришел в этот ми?

Есенин всегда ощущал себя частью этого мира. Часто он находил отклик своим мыслям в мире природы, поэтому его философская лирика темно переплетается с пейзажной и наполнена аналогиями между законами человеческой жизни и законами природы.

Яркий тому пример – элегия «Отговорила роща золотая» (1924). «Золотая роща» – это и конкретный природный образ, но это и метафора – жизнь поэта, человеческое бытие вообще. Философское содержание раскрывается через пейзажные зарисовки.

Тема увядания, ощущения последних дней сквозит в образе осени. Осень – время тишины, ярких красок, но в то же время – пора прощания. В этом и заключается противоречивость нашего земного существования.

Журавли – это лейтмотив стихотворения, прощальной песни со всем юным, свежим, с «сиреневой цветью» природы и, главное, с душой человека.

Человек одинок, однако, эта бесприютность соседствует с теплым воспоминанием: «Стою один среди равнины голой, // А журавлей относит ветер в даль, // Я полон дум о юности веселой, // Но ничего в прошедшем мне не жаль». Жизненный путь пройден, природа завершила свой круг…

Соотношение весны человека и догорающего костра жизни выражено через зримый предметный образ: «В саду горит костер рябины красной, // Но никого не может он согреть». Несмотря на это, лирическому герою не жаль прошедшей жизни, так как бытие воспринимается им как преходящее.

«Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник…» – в этих словах основа философского отношения к жизни. Все мы рождены для того, чтобы умереть, каждый из нас – крошечная песчинка в мировом космосе, каждый из нас – неотъемлемая часть природы.

Важно

Поэтому-то лирический герой сравнивает свой предсмертный монолог с осенним листопадом: « Так я роняю грустные слова».

Несмотря на трагическое звучание стихотворения, воспоминания о прошумевшей жизни вызывают у лирического героя приятие смерти как данности. Вообще, эта элегия очень похожа на исповедь лирического героя – Есенин поднялся над своей личной трагедией к общечеловеческим высотам.

Схожие мысли звучат в стихотворении «Не жалею, не зову, не плачу…» «Увяданья золотом охваченный, // Я не буду больше молодым» – в этих строках размышление о невозможности повернуть время вспять. «Весенняя гулкая рань» – олицетворение молодости природы и молодости жизни.

Чувство неизбывной печали, мотив неотвратимой беды лирического героя перед лицом всепоглощающего времени и вечной природы снимается словом «процвесть» в последней строфе: «Все мы, все мы в этом мире тленны, // Тихо льется с кленов листьев медь… // Будь же ты вовек благословенно, // Что пришло процвесть и умереть».

Именно к природе взывает лирический герой, именно с ней горше всего прощаться, стоя у роковой черты.

Человеческая душа и Мир едины, однако, порою это единство нарушается, трагическая дисгармония разрушает идиллическое существование. Это может проявляться в бытовых, житейских ситуациях.

Так, в «Песне о собаке» человек с жестокостью нарушает законы природы, отнимая у матери новорожденных щенков.

Это не только вызывает материнское горе, личную трагедию, но и становится причиной беды вселенского размаха: «Покатились глаза собачьи Золотыми слезами в снег», « В синюю высь звонко Глядела она, скуля, А месяц скользил, тонкий, И скрылся за холм в полях»

Совет

Есенин убежден, что нельзя вмешиваться в заданный ход жизни, изменять её темп. По-особенному звучат строки из стихотворения «Мы теперь уходим понемногу»: «И зверьё, как братьев наших меньших, Никогда не бил по голове».

Так и нужно жить, понимая, что ты – не хозяин природы, мира, а их часть. Нужно наслаждаться возможностью созерцать красоты земли, нужно просто жить, беря от нее все, что можно. В этом, по мнению поэта, и есть смысл жизни: «Счастлив тем, что я дышал и жил.

Счастлив тем, что целовал я женщин, Мял цветы, валялся на траве».

Видя уход в мир иной близких ему людей, лирический герой и сам ощущает приближение смерти. Он понимает, что это может произойти в любой момент. От такой мысли становится жутко и тоскливо, ведь жизнь так прекрасна и так не хочется прощаться с ней. Тем более лирический герой уверен, что мир усопших не имеет ничего общего с нашим миром:

Знаю я, что не цветут там чащи,

Не звенит лебяжьей шеей рожь.

Оттого пред сонмом уходящих

Я всегда испытываю дрожь.

Но стихотворение заканчивается жизнеутверждающе, как и почти вся философская лирика Есенина. Пока еще есть время, нужно ценить и дорожить тем, что ты живешь, любить людей, восхищаться природой, жить в гармонии с собой и окружающим миром.

Размышляя о природе, о Родине, о своей личной судьбе, поэт неизбежно приходит к мысли о том, жизнь нужно принимать такой, какая она есть: «Как прекрасна Земля И на ней человек!»

Источник: https://students-library.com/library/read/46801-filosofskie-voprosy-bytia-v-lirike-sa-esenina-tema-zizni-i-smerti-v-stihotvorenii-my-teper-uhodim-ponemnogu

Сочинение по литературе. Тема жизни и смерти в лирике А. С. Пушкина

В своем творчестве А. С. Пушкин не раз обращался к теме жизни и смерти. Многие его произведения поднимают эту проблему; как каждый человек, поэт пытается понять и осмыслить окружающий мир, постичь тайну бессмертия.

Эволюция мировоззрения, восприятия жизни и смерти Пушкина шла на протяжении всего творческого пути поэта.

В лицейские годы Пушкин упивается своей молодостью, его стихи не отягощают мысли о смерти, о безысходности жизни, он беззаботен и весел.

Под стол холодных мудрецов,

Мы полем овладеем,

Под стол ученых дураков!

Без них мы жить умеем,

Обратите внимание

писал юный поэт в стихотворении “Пирующие студенты”, 1814 год. Те же мотивы звучат в произведении 1817 года “Кривцову”:

Не пугай нас, милый друг,

Гроба близким новосельем:

Право, нам таким бездельем

Заниматься недосуг.

Юность полна жизни — жизнь полна радости. Девиз всех лицеистов: “Пока живется нам, живи!..” В восторженном ликовании, радостном забвении, кажется, проходят дни Пушкина. И среди этих наслаждений юности поэт пишет “Мое завещание друзьям”, 1815 год.

Откуда мысли о смерти возникают у совсем еще неопытного, не познавшего жизнь поэта? И хотя стихотворение полностью соответствует анакреонтическому настрою лицеистов, эпикурейской философии, оказавшей влияние на лирику того периода, в нем звучат и элегические мотивы грусти, романтического одиночества:

И пусть на гробе, где певец

Исчезнет в рощах Геликона,

Напишет беглый ваш резец:

“Здесь дремлет юноша — мудрец,

Питомец нег и Аполлона”.

Здесь, правда еще очень неопределенно, положено начало тому творческому пути, который приведет поэта к написанию “Памятника”, и здесь же, может быть впервые, Пушкин задумывается о бессмертии.

Но вот лицей позади, и поэт вступает в новую жизнь, его встречают уже более серьезные, реальные проблемы, жестокий мир, требующий огромной силы воли, чтобы не потеряться среди “мчащихся” и “вьющихся туч” и “бесов”, чтобы их “жалобный плач” не “надрывал сердце”, чтобы “злобный гений” и его “язвительные речи” не смогли поработить, не смогли управлять поэтом.

В 1823 году, во время южной ссылки, поэт переживает глубокий кризис, связанный с крахом поэтических надежд на то, что “над отечеством свободы просвещенной” взойдет “прекрасная заря”. В результате этого Пушкин пишет стихотворение “Телега жизни”:

Хоть тяжело подчас в ней бремя,

Телега на ходу легка;

Ямщик лихой, седое время,

Везет, не слезет с облучка.

Бремя жизни тяжело для поэта, но вместе с тем он признает полную власть времени. Лирический герой пушкинской поэзии не восстает против “седого ямщика”, так будет и в стихотворении “Пора, мой друг, пора”, 1834 год.

Читайте также:  Краткое содержание произведения «сказка о царе салтане» для читательского дневника

Летят за днями дни, и каждый час уносит

Частичку бытия. А мы с тобой вдвоем

Предполагаем жить…

И глядь — как раз умрем.

Уже в 1828 году Пушкин пишет: “Дар напрасный, дар случайный…”. Теперь жизнь — это не только “тяжелое бремя”, а напрасный дар “враждебной власти”. Для поэта сейчас жизнь — бесполезная вещь, его “сердце пусто”, “празден ум”.

Важно

Замечательно, что жизнь дарована ему “враждебным” духом, взволновавшим ум сомненьем, душу наполнив страстью.

Это итог, некий этап жизни, который поэт прошел в своем творчестве, ведь стихотворение было написано 26 мая — в день рождения поэта, в день, когда на ум должны приходить самые светлые мысли.

В этом же году Пушкин создал “Брожу ли я вдоль улиц шумных”. Неотвратимость смерти, постоянные мысли о ней неотвязно следуют за поэтом. Он, размышляя о бессмертии, находит его в будущем поколении:

Младенца ль милого ласкаю,

Уже я думаю: прости!

Тебе я место уступаю:

Мне время тлеть, тебе — цвести.

Также бессмертие Пушкин видит в слиянии с природой, в том, чтобы после смерти превратиться в неотъемлемую часть “милого предела”. И здесь опять присутствует мысль о неотвратимой власти времени над человеком, оно вольно распоряжаться судьбой его по своему усмотрению:

И где мне смерть пошлет судьбина?

В бою ли, в странствии, в волнах?

Или соседняя долина

Мой примет охладелый прах?..

Бессмертие… Размышляя над этой темой, поэт приходит к такому выводу: жизнь кончается, а смерть, возможно, лишь этап жизни. Пушкин не ограничивается рамками земной жизни одного человека — бессмертие каждого в его внуках и правнуках — в его потомстве.

Да, поэт не увидит “могучий, поздний возраст” “младого, незнакомого племени”, но он воскреснет из небытия, когда, “с приятельской беседы возвращаясь” “веселых и приятных мыслей полн”, потомок поэта о нем “вспомнит”, — так Пушкин писал в стихотворении “Вновь я посетил”, 1835 год.

Но свое бессмертие поэт видит не только в продолжении рода, но и в самом творчестве, в поэзии. В “Памятнике” поэт предрекает себе бессмертие в веках:

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит, И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит.

Совет

Поэт размышляет о смерти и жизни, о роли человека в мире, о его судьбе в мировом устройстве жизни, о бессмертии. Человек в пушкинской поэзии подвластен времени, но не жалок. Человек велик как человек — не зря Белинский говорил о поэзии, “наполненной гуманизмом”, возвышающей человека.

Источник: https://docbaza.ru/comp/ru/3688.html

Сочинение «ТЕМА ЖИЗНИ И СМЕРТИ В ЛИРИКЕ А С ПУШКИНА»

В своем творчестве А. С. Пушкин не раз обращался к теме жизни и смерти. Многие его произведения принимают эту проблему; как каждый человек, поэт пытается понять и осмыслить окружающий мир, постичь тайну бессмертия.

Эволюция мировоззрения, восприятия жизни и смерти Пушкина шла на протяжении всего творческого пути поэта.

В лицейские годы Пушкин упивается своей молодостью, его стихи не отягощают мысли о смерти, о безысходности жизни, он беззаботен и весел.

Под стол холодных мудрецов, Мы полем овладеем, Под стол ученых дураков! Без них мы жить умеем, —

писал юный поэт в стихотворении «Пирующие студенты», 1814 год. Те же мотивы звучат в произведении 1817 года «Кривцову»:

Не пугай нас, милый друг,
Гроба близким новосельем:
Право, нам таким бездельем
Заниматься недосуг.

Юность полна жизни — жизнь полна радости. Девиз всех лицеистов: «Пока живется нам, живи!..» В восторженном ликовании, радостном завбении, кажется, проходят дни Пушкина.

И среди этих наслаждений юности поэт пишет «Мое завещание друзьям», 1815 г.

Откуда мысли о смерти возникают у совсем еще неопытного, не познавшего жизнь поэта? И хотя стихотворение полностью соответствует анакреотическому настрою лицеистов, эпикурейской философии, оказавшей влияние на лирику того периода, в нем звучат и элегические мотивы грусти, романтического одиночества:

И пусть на гробе, где певец

Исчезнет в рощах Геликона,

Напишет беглый ваш резец:

«Здесь дремлет юноша — мудрец,

Питомец нег и Аполлона».

Обратите внимание

Здесь, правда еще очень неопределенно, положено начало тому творческому пути, который приведет поэта к написанию «Памятника», и здесь же, может быть впервые, Пушкин задумывается о бессмертии.

Но вот лицей позади и поэт вступает в новую жизнь, его встречают уже более серьезные, реальные проблемы, жестокий мир, требующий огромной силы воли, чтобы не потеряться среди «мчащихся» и «вьющихся туч» и «бесов», чтобы их «жалобный плач» не «надрывал сердце», чтобы «злобный гений» и его «язвительные речи» не смогли поработить, не смогли управлять поэтом.

В 1823 году, во время южной ссылки, поэт переживает глубокий кризис, связанный с крахом поэтических надежд на то, что «над отечеством свободы просвещенной» взойдет «прекрасная заря». В результате этого Пушкин пишет стихотворение «Телега жизни»:

Хоть тяжело подчас в ней бремя, Телега на ходу легка; Ямщик лихой, седое время, Везет, не слезет с облучка.

Бремя жизни тяжело для поэта, но вместе с тем он признает полную власть времени. Лирический герой пушкинской поэзии не восстает против «седого ямщика», так будет и в стихотворении «Пора, мой друг, пора», 1834 год.

Летят за днями дни, и каждый час уносит Частичку бытия. А мы с тобой вдвоем Предполагаем жить… И глядь — как раз умрем.

Уже в 1828 г. Пушкин пишет: «Дар напрасный, дар случайный…» Теперь жизнь — это не только «тяжелое бремя», а напрасный дар «враждебной власти». Для поэта сейчас жизнь — бесполезная вещь, его «сердце пусто», «празден ум».

Замечательно, что жизнь дарована ему «враждебным» духом, взволновавшим ум сомненьем, душу наполнив страстью.

Важно

Это итог, некий этап жизни, который поэт прошел в своем творчестве, ведь стихотворение было написано 26 мая — в день рождения поэта, в день, когда на ум должны приходить самые светлые мысли.

В этом же году Пушкин создал «Брожу ли я вдоль улиц шумных». Неотвратимость смерти, постоянные мысли о ней неотвязно следуют за поэтом. Он, размышляя о бессмертии, находит его в будущем поколении:

Младенца ль милого ласкаю,

Уже я думаю: прости!

Тебе я место уступаю:

Мне время тлеть, тебе — цвести.

Также бессмертие Пушкин видит в слиянии с природой, в том, чтобы после смерти превратиться в неотъемлемую часть «милого предела». И здесь опять присутствует мысль о неотвратимой власти времени над человеком, оно вольно распоряжаться судьбой его по своему усмотрению:

И где мне смерть пошлет судьбина?

В бою ли, в странствии, в волнах?
Или соседняя долина

Мой, примет! сисладелый прах?

Бессмертие… Размышляя над этой темой, поэт приходит к такому выводу что жизнь кончается, а смерть, возможно, лишь этап жизни. Пушкин не ограничивается рамками земной жизни одного человека — бессмертие каждого в его внуках и правнуках — в его потомстве.

Да, поэт не увидит «могучий, поздний возраст» «младого, незнакомого племени», но он воскреснет из небытия, когда, «с приятельской беседы возвращаясь» «веселый и приятных мыслей полн», потомок поэта о нем «вспомнит», — так Пушкин писал в стихотворении «Вновь я посетил», 1835 год.

Но свое бессмертие поэт видит не только в продолжении рода, но и в самом творчестве, в поэзии. В «Памятнике» поэт предрекает себе бессмертие в веках:

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья избежит, И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит.

Поэт размышляет о смерти и жизни, о роли человека в мире, о его судьбе в мировом устройстве жизни, о бессмертии. Человек в пушкинской поэзии подвластен времени, но не жалок. Человек велик как человек — не зря Белинский говорил о, поэзии, «наполненной гуманизмом», возвышающей человека.<\p>

Источник: http://litsochinenie.ru/tema-zhizni-i-smerti-v-lirike-a-s-pushkina.html

Ссылка на основную публикацию