Кто такие поэты-шестидесятники?

Творчество и жизнь поэтов-шестидесятников

Термин «шестидесятники» впервые был использован Станиславом Рассадиным в статье под таким же названием, которая была опубликована в декабре 1960 года в журнале «Юность».

Шестидесятники — это часть интеллигенции, появившаяся в период «оттепели», который наступил после XX съезда КПСС, где был развенчан «культ личности» Сталина. В это время внутриполитический курс государства был значительно более либеральным и свободным по сравнению с предыдущими временами, что не могло не повлиять на культурную сферу общества.

Поэзия шестидесятников

Ключевую роль в культуре общества того времени играла поэзия. Надежда на перемены вызвала сильнейший духовный подъем, который вдохновил шестидесятников на их стихи.

Поэзия стала не просто популярна, в первый раз после Серебряного века она стала снова одним из важнейших аспектов социальной жизни страны.

Многотысячные толпы приходили послушать выступления поэтов, с прилавков мгновенно расходились их сборники, а сами писатели стали своеобразным выражением творческой свободы.

Представители

Самым знаменитыми поэтами того времени были Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко, Андрей Вознесенский, Белла Ахмадулина.

Роберт Иванович Рождественский (1932-1994) написал тридцать поэтических сборников за всю свою жизнь. Многие его стихотворения были положены на музыку. Также он получил признание и как переводчик.

Выражая идеи противоположные советской идеологии, он подвергся гонениям и был вынужден переехать в Киргизию, где он стал зарабатывать деньги переводами стихов, авторы которых были родом из южных республик.

Обратите внимание

Евгений Александрович Евтушенко (1932-2017) написал более шестидесяти сборников. Самый большой успех данного автора была поэма «Братская ГЭС», в строчках которой появилось выражение, получившее статус девиза: «Поэт в России больше, чем поэт». Также играл в кино и на сцене. После развала СССР переехал вместе со всей семьей в США.

Андрей Андреевич Вознесенский (1933-2010) был поэтом-авангардистом, который мог писать во всех стилях: начиная от традиционных заканчивая самыми прогрессивными. Он написал более сорока лирических сборников и поэм. Текст всем известной песни «Миллион алых роз» принадлежит ему.

Белла Ахатовна Ахмадулина (1937-2010) — написала более тридцати сборников.

Особенным явлением в «оттепель» стали поэты-песенники, или как еще их называли «барды», а жанр стали называть «авторской песней». К ним относили тех поэтов, которые исполняли собственные произведения под музыку. Ключевыми личностями в данном движении были Булат Окуджава, Владимир Высоцкий, Александр Галич, Юрий Визбор.

Особенности творчества

Стихотворения шестидесятников выделялись своей непосредственностью, отзывчивостью. Идеология минимально влияла на темы и на их раскрытия. Народ моментально полюбил их стихи, так как они были честными: то, чего в то время, сильно не хватало.

Основная тематика

Людям сильно причинял боль тот факт, что идеальный образ государства и его лидеров был нарушен из-за объявления Никитой Хрущевым «преступления культа личности» на XX съезде КПСС и огласки сталинских репрессий. Но при этом радовались реабилитации и освобождению многих жертв несправедливых приговоров.

Поэты высказали не только разочарование и смятение, которые испытывал каждый гражданин СССР, но и сильную радость народа, который признал свои ошибки и вернулся на истинный путь к коммунизму.

  Как говорят современники того периода, в воздухе чувствовался вкус свободы и предстоящих перемен, которые приведут страну с равенству, свободе и братству.

Молодое поколение интеллигенции заразилась этой идеей. Стремление к свободе, восторг, юношеский максимализм, представления об идеалах, вера в прекрасное будущее нашли свое место в их стихах, что резонировала с желанием читателей.

Шестидесятники как культурное явление

Стихи 1960-х годов стали своеобразной струей свежего воздуха в стране. Осознание сталинских репрессий, моральные переживания, стремление к свободе, желание перемен — все это причины того, что поэзия стала отдушиной.

Шестидесятники не отказались от идей коммунизма, они хранили глубокую веру в идеалы Октябрьской революции. Поэтому так часто в их стихах появлялись символы того времени: красное знамя, речи, буденовка, конная армия, строки революционных песен.

Поэты, прославившиеся в то десятилетия, не перестали писать и выпускали свои работы до самой своей кончины или выпускают их до сих пор.

Источник: https://histerl.ru/lectures/19_vek/tvorchestvo-pojetov-shestidesjatnikov.htm

Шестидесятники

Шестидесятники это плеяда писателей, заявивших о себе в конце 1850-60х: Н.В.Успенский (1837-89), Н.Г.Помяловский (1835-63), Ф.М.Решетников (1841— 75), В.А.Слепцов (1836-78), А.И.Левитов (1835-77) и др.

Большинство из них принадлежало к сословию разночинцев; они были выходцами из среды мелкого провинциального духовенства, как правило, окончившими семинарию. Путь в литературу этому поколению открыла журнальная стратегия Н.А.Некрасова, проводившаяся им в «Современнике», а также литературная критика Н.А.Добролюбова и Н.Г.

Чернышевского: статья последнего «Не начало ли перемены?» (1861), в которой давалась высокая оценка рассказам Успенского, послужила своеобразным манифестом литературы шестидесятников.

Значительную роль в популяризации и утверждении творчества писателей-шестидесятников сыграла критика Д.И.Писарева, М.Е.Салтыкова-Щедрина, П.Н.Ткачёва, которые не без основания увидели в молодых литераторах выразителей близких им «освободительных» идей.

Важно

Вслед за сборником «Рассказы» (1861) Успенского последовал ряд произведений, закрепивших за творчеством представителей этого поколения репутацию нового литературного явления.

В их творчестве преобладали жанры цикла очерков и рассказов: «Очерки бурсы» (1862-63) Помяловского; «Степные очерки» (1865-66), «Московские норы и трущобы» (1866), «Горе сел, дорог и городов» (1869) Левитова; «Владимирка и Клязьма» (1861) и «Письма об Осташкове» (1862-63) Слепцова — и небольшой повести: «Подлиповцы» (1864), «Горнорабочие» (1866-68) Решетникова; «Мещанское счастье» (1860) и «Молотов» (1861) Помяловского, «Трудное время» (1865) Слепцова.

Центральная тема творчества шестидесятников

Центральной темой творчества шестидесятников стала жизнь простолюдинов, крестьян, низов городского мира. Созданный ими образ народа потряс современников неслыханной беспощадностью и натуралистичностью. Низы общества изображались как существа, не способные понять простейших законов и гражданских общественных установлений.

Такое видение было обусловлено не только жизненным опытом разночинцев, столкнувшихся в детстве и юности с жестокостью жизни, неприглядным бытом, но и той идеологией радикальных революционеров, которую они восприняли и стремились отразить в своих произведениях: в основе ее лежало представление о человеке как о биологическом существе, чья жизнь регулируется прежде всего физиологическими потребностями. В результате народ у шестидесятников становится абсолютным рабом существующего социального порядка. Этот пессимизм сделал произведения шестидесятников не до конца приемлемыми не только для враждебной критики, но и для тех идеологов, которые поначалу вдохновляли и высоко превозносили их творчество.

Другой важнейшей темой в творчестве шестидесятников стал трудный путь человека из разночинной среды к знаниям, его самоутверждение в обществе. Сталкиваясь с чуждой дворянской средой, занявшей центральные позиции в культуре, разночинец ощущает свою ущербность, недостаток образованности, воспитания.

Герой шестидесятников выбирает компромисс, как Молотов в дилогии Помяловского, принимающий решение приспособиться, завоевывая ценой своеобразной мимикрии внутреннее пространство для реализации своих личных потребностей.

Только в «Трудном времени» Слепцова изображен разночинец, уверенный в себе, легко побеждающий в духовном и нравственном поединке аристократа-помещика.

Это будет вам интересно:  Кёльнская школа нового реализма

Творческий путь шестидесятников

Творческий путь шестидесятников завершился духовным тупиком: они создали трагический образ человека, отринувшего Бога и идолов, но не сумевшего обрести иных духовных опор и потому кончившего жизнь в пустоте отчаяния.

Шестидесятники также это обозначение генерации советских людей 1960-х.

В литературе это обозначение и более конкретно, и более размыто: шестидесятники — участники литературной борьбы, в особенности, на страницах «толстых журналов», и выразители новых идей, даже нового чувства жизни, возникшего в период постсталинской «оттепели».

Как иронический аналог более устойчивых, повторяющихся тенденций российской истории, паратермин «Шестидесятники» содержит в себе отсылку к «шестидесятничеству» 19 века.

Несмотря на то, что о шестидесятниках заговорили скорее ретроспективно и дистанцируясь в более поздние десятилетия, подчас односторонне и не всегда справедливо, — феномен шестидесятничества, как это обычно бывает, глубже и многозначнее того, что этим словом зачастую обозначают.

Совет

Прежде всего шестидесятники — это не только и даже не столько поколение или те или иные деятели, писатели, критики, но трудноуловимая, хотя достаточно определенная социокультурная атмосфера, «сквозная умонастроенность» эпохи: это также более общая у СССР с Западом — и вопреки, и благодаря возведенной в 1961 Берлинской стене — проблемно-атмосферическая констелляция (упорядоченность) времени и языка.

Это будет вам интересно:  Скиблеруса кружок

Шестидесятники в действительности — люди разных поколений, разных воззрений и мировоззрений, разных культурных миров. Шестидесятники — это поэты Е.А.Евтушенко, А.А.Вознесенский, но и участник Отечественной войны и сын репрессированного коммуниста поэт и бард Б.Ш.

Окуджава, чьи «комиссары в пыльных шлемах» задали тон романтической памяти и романтическому прогрессизму шестидесятников. Это и крупнейший советский философ М.К.Мамардашвили (1930-90), в 1960-е критиковавший Ж.П.Сартра и К.Ясперса с позиций «культурного» (официально-неофициального) марксизма; А.Г.

Битов как автор «Уроков Армении» (1967-69), «Пушкинского дома» (1971, опубликовано в 1978); автор мемуаров «Люди, годы, жизнь» (1961-65) И.Г.Эренбург и новая фигура А.И.Солженицына с явными чертами антисоветизма; это Э.Неизвестный, пытавшийся убедить Н.С.Хрущева в совместимости нового искусства с советской властью, но также и Вен.

Ерофеев с его поэмой в прозе «Москва — Петушки» (1969), раблезиански-кафкианской отходной советскому сознанию вообще. В общественно-литературной жизни 1960-х, еще не до конца разделившейся, как позднее, на официальную и неофициально-самиздатовскую (хотя литературная судьба А.Синявского и Ю.

Даниэля, осужденных в 1966, как и ходившие в списках произведения Солженицына, была убедительным предвестием такого разделения), с понятием “Шестидесятники” связывают в особенности деятельность «Нового мира», редактировавшегося А.Т.

Твардовским: журнал проводил линию, намеченную, по существу, в хрущевском докладе на XXII съезде КПСС; но счет, предъявляемый советской реальностью советской власти, был слишком велик: он был несовместим не только с «ленинскими нормами партийной жизни», как это называлось на официальном языке, но, в известном смысле, и с литературно-эстетическими и общественно-политическими убеждениями шестидесятников, гротескно воспроизводивших — в как бы перевернутой советской ситуации 20 века — воззрения революционных демократов и шестидесятники предшествующего столетия. Шестидесятники в общественном сознании, в литературе, искусстве и стиле жизни исторически исчерпали себя на рубеже 1990-х, вместе с крахом тоталитаризма и коммунизма.

Источник: https://www.litdic.ru/shestidesyatniki/

ПОЭТЫ-ШЕСТИДЕСЯТНИКИ И ПРИМКНУВШИЙ К НИМ ДЕМЕНТЬЕВ

Монументы поэтам и писателям второй половины ХХ века, да ещё ныне здравствующим, сегодня устанавливаются крайне редко. В Твери же 16 июля с.г. произошло знаменательное и, возможно, беспрецедентное событие: возле Дома поэзии Андрея Дементьева был торжественно открыт памятник целому литературному течению – поэтам-шестидесятникам.

Внешне впечатляющее действо состоялось при достаточном стечении публики; его почтили своим присутствием первые лица города и области, а также столичные знаменитости – И. Кобзон, Е. Евтушенко, В. Терешкова, Ю. Поляков, Л. Рубальская и ряд других. И, конечно, на церемонии открытия блистал Зураб Церетели, создатель этого уникального арт-объекта.

Поэты-шестидесятники увековечены в виде книг, на корешках которых начертаны следующие фамилии: Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Владимир Высоцкий, Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко, Булат Окуджава и… Андрей Дементьев.

Обратите внимание

Книги заключены в квадратную бронзовую раму, напоминающую полку библиотечного стеллажа, по двум краям которой оставлено некоторое пространство. Для чего? Наверное, для того, чтобы потом можно было кого-то добавить или, наоборот, снять с импровизированной полки.

Или чего ещё проще: закрасить одну фамилию и вместо неё написать другую. Экономична и мудра мысль скульптурная…

Меня как литературоведа и специалиста по русской литературе ХХ века интересует лишь одно обстоятельство: кто определил перечень имён, запечатлённых на сём «шедевре»? Не имею ничего против истинных шестидесятников – Ахмадулиной, Вознесенского, Рождественского, Евтушенко, Окуджавы.

Они громко заявили о себе после ХХ съезда КПСС, разоблачившего «культ личности», и в своих стихах воплощали особое мировоззрение, обновляли эстетику, культивировали лирическую гражданственность, усиливали эффект акцентного слова. Их ценности во многом не расходились тогда с социалистическими идеалами. К примеру, у Е.

Евтушенко явно проступали стереотипы соцреализма, а именно, мотив жертвенной готовности стать «материалом» для светлого будущего: «О те, кто наше поколенье! // Мы лишь ступень, а не порог. // Мы лишь вступленье во вступленье, // к прологу новому пролог!» Б.

Окуджава романтизировал гибель «на той единственной гражданской» и «комиссаров в пыльных шлемах», а Вознесенский призывал: «Уберите Ленина с денег! // он – для сердца и для знамён».

Но как попали в эту когорту Владимир Высоцкий и Андрей Дементьев? Тайну сию раскрыл материал ТИА (Тверского информационного агентства) под названием «Памятник поэтам-шестидесятникам может привлечь в Тверь любителей литературы и искусства», опубликованный в Интернете 19 июля с.г.:

«Несколько лет назад он [Дементьев] написал стихотворение, посвящённое его друзьям-поэтам. Там было такое четверостишие:

Книги их рядом стоят –

Белла с Андреем и Роберт,

Женя и грустный Булат…

Час их бессмертия пробил.

Поэт прочёл стихотворение своему другу, народному художнику СССР Зурабу Церетели, и предложил создать памятник. Именитый скульптор перезвонил и поставил свои условия: во-первых, он решил сделать его в дар, во-вторых, предложил добавить на трёхметровую “книжную полку” имена Владимира Высоцкого и самого Дементьева, поскольку тот руководил журналом “Юность”, где публиковались поэты».

Важно

Давайте разберёмся. Во-первых, Владимир Высоцкий – совершенно особая страница в истории русской поэзии и авторской песни.

Проблематика и стилистика его стихотворений-песен разительно отличается от поэзии шестидесятничества, а зрелое творчество вообще приходится на 1970-е годы… Данный вопрос очень спорный; мне не знаком ни один современный вузовский учебник по русской литературе указанного периода, который относил бы Высоцкого к шестидесятникам, а частные дилетантские мнения иного рода таковыми и останутся.

Во-вторых, разве поэтическое шестидесятничество исчерпывается только вышеназванными именами? Отнюдь, оно гораздо шире: Ю. Мориц, А. Галич, Ю. Визбор, Ю. Ким, Н. Матвеева, Р. Казакова, и, может быть, даже И.Бродский.

Читайте также:  Краткое содержание поэмы «василий тёркин» по главам

В-третьих, самое главное: при всём уважении к его трудам на благо русской поэзии Андрей Дементьев не имеет к феномену шестидесятничества никакого принципиального отношения, разве что чисто хронологическое. В 1955–1963 гг.

несколько его тонких книг издано в Твери (тогда Калинине), и огромные аудитории в московском Политехническом музее и тем паче на столичных стадионах он в то время не собирал и властителем молодёжных дум – увы – не был.

Первым заместителем главного редактора журнала «Юность» (в котором Высоцкий, кстати, при жизни не публиковался) Дементьев стал в 1972 г., а главным редактором – в 1981-м. Журнальную трибуну поэтам-шестидесятникам на рубеже 1950–1960-х давали прежние редакторы «Юности» Валентин Катаев и Борис Полевой.

Само же шестидесятничество как целостное художественное течение к середине 1960-х гг. перестало существовать, а его лидеры пошли разными творческими путями.

И, тем не менее, то, что свершилось в Твери 16 июля 2016 года с достойной лучшего применения помпезностью и ночным фейерверком за счёт средств городского бюджета, обязательно войдёт в историю как образец безвкусной ангажированности и пускания в глаза широкой общественности пиаровской пыли по причине неоправданно разросшегося тщеславия одного человека.

Источник: https://boynikov-alex.livejournal.com/25818.html

Кто такие «шестидесятники»

Кто такие шестидесятники? Это люди одного поколения или мировоззрения? Может быть это направление в искусстве, ну, как Передвижники, например? Чем они занимались и куда вдруг запропастились? Вопросов множество.

Самое интересное, что все эти вопросы задавали и продолжают задавать себе не только те, кто сталкивается с этим термином, но и те, кого мимоходом и скопом причислили к этому, скажем так, направлению.

Кто-то однажды назвал многочисленную группу очень разных людей, начало творческого пути у которых или творческий пик пришелся на 60-е прошлого века, субкультурой.

И термин пошел гулять по сети. Но это дефиниция небрежна, поскольку верна лишь в одном аспекте определяющим термин субкультура: действительно, все, кого принято называть шестидесятниками, отличались от доминирующей культуры собственной системой ценностей. Отличной от навязываемой государством идеологической системы ценностей. И это все.

Причислять очень разных, зачастую кардинально разных людей, к некоей «субкультуре» — это все равно, что всех христиан мира, вне зависимости от конфессии, тоже назвать субкультурой. Почему нет? Ведь у них почти единая система ценностей. Но это неправильно.

Совет

Среди тех, кого причисляют к шестидесятникам наиболее известны конечно те, кто занимался поэтико-песенным творчеством или писательством.

Говоря о шестидесятниках первыми в голову приходят имена бардов и поэтов: Булата Окуджава, Александра Галича, Александра Городницкого, Юрия Визбора, Геннадия Шпаликова, Беллы Ахмадулиной, Евгения Евтушенко, Андрея Вознесенского, или прозаиков — Василия Аксенова, братьев Аркадия и Бориса Стругацких, Сергея Довлатова, Владимира Войновича. Вспоминаются режиссеры и актеры: Олег Ефремов, Кира Муратова, Георгий Данелия, Марлен Хуциев, Василий Шукшин, Сергей Параджанов, Андрон Кончаловский, Андрей Тарковский, Михаил Козаков, Олег Даль, Валентин Гафт. И, конечно же, Владимир Высоцкий, которого непонятно куда и отнести, настолько многогранен он был. Но нужно не забывать и о тех ученых и правозащитниках без которых не могло бы возникнуть шестидесятничество: Льве Ландау, Андрее Сахарове, Николае Эшлимане, Глебе Якунине, Людмиле Алексеевой и многих других.

К сожалению, точного ответа на вопрос — кто такие «шестидесятники» — не существует. Или можно сказать так: шестидесятники — это эпоха. Люди сотворившие ее очень разные, и нам всем повезло, что они, отталкиваясь от принципов свободы творчества, создали эту эпоху, продолжающую влиять на умы и настроения общества.

Прежде всего, те самые мифологические шестидесятники – творческие личности.

Чем бы не занимались эти непримиримые лирики и физики: поэты, ученые, барды, литераторы, художники, архитекторы, артисты, режиссеры, геологи, астрофизики и нейрофизиологи, мореплаватели и математики, скульпторы, философы и даже священнослужители – они Атланты двадцатого века. Атланты, зародившие цивилизацию людей доблести и чести, для которых мерило всего – свобода. Единственно возможный культ: культ человеческого достоинства.

По лучшим из них танком проехалась тоталитарная система и кто-то стал диссидентом, поскольку однажды встав перед выбором выйти на площадь или остаться дома, протестовать против произвола системы или продолжать шептать на кухне, они выбрали действие: выход на площадь, митинг и поддержку друзей на неправосудных процессах.

Иначе они не смогли бы жить дальше, как например поэт Наталья Горбаневская и писатель и нейрофизиолог Владимир Буковский. Многие из них попытались остаться вне политики, в пространстве свободы духа и творчества, пока политика не занялась ими вплотную и они вынуждены были эмигрировать позже — в семидесятые: Владимир Войнович, Василий Аксенов, Андрей Синявский, Андрей Тарковский.

Те, кто остались в СССР, хлебнули сполна удушающий махровый застой 70-х и безвременье начала 80-х: кто-то встроился в систему и стал ремесленником от творчества, или правозащитником-функционером, как Владимир Лукин, кто-то рано сгорел, подстегивая организм различными веществами, не выдержавшие ушли из жизни добровольно.

Все они отнюдь не люди одного поколения.

Среди них родившиеся в конце двадцатых, большая часть в тридцатых, а кто-то в середине сороковых годах прошлого века. Начало деятельности каждого из них также не приходится ровно на 1960.

Обратите внимание

Например, один из ярких творческих коллективов и выразитель идей шестидесятников – Театр Современник – родился в 1956 году, почти вслед смерти Сталина, когда в краткий период оттепели растаял репрессивно-террористический смог над одной шестой частью суши. Да, именно тогда и стали появляться они – шестидесятники.

Возможно ли прикоснуться к той эпохе? Попытаться прочувствовать ее? Отчего же нет.

В этом могут помочь фильмы, в которых время отражено лучше всего: «Мне двадцать лет» Марлена Хуциева, «Мой старший брат» Александра Зархи, «Журналист» Сергея Герасимова, «Короткие встречи» Киры Муратовой, «Живет такой парень» Василия Шукшина, «История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж» Андрона Кончаловского, «Я шагаю по Москве» Георгия Данелии, «Айболит-66» Ролана Быкова.Шестидесятые годы прошлого столетия дышали духом свободы во всем мире. Это были годы глобальных изменений мировоззрения.

США, Западная и Восточная Европа, Япония, Гватемала и Ангола, Австралия и Таиланд, Китай и Аргентина, Мексика и Бразилия… Сопротивление репрессивным системам порождали пожары и баррикады, коктейли Молотова и массовые антивоенные демонстрации, партизанские войны и этнические восстания. Студенческая интеллектуально-рабочая французская революция 1968 года и вторжение войск Советской Армии в Чехословакию в том же году – эти две грани демократического мышления и тоталитаризма надолго определили прогрессивный и регрессивные пути развития, сказавшиеся ровно через двадцать лет.<\p>

Гуманистические идеи, сексуальная и технологическая революции (создание первых компьютеров) – всё это тоже родом из 60-х. А также музыка The Beatles, рок, шедевры киноискусства и всплеск интеллектуально-философской мысли, культивирование демократических и либертарианско-демократических принципов и ценностей.

60-е прошлого века изменили мир. Идеи, берущие свое начало там, продолжают его менять. Даже несмотря на застой 70-х и безвременье 80-х запущенный механизм обновления социальной мысли продолжает оказывать огромное влияние на прогрессивные течения и направления в разных странах мира, побуждает людей на протест, солидарность и действие.

Шестидесятники с одной шестой части суши давно стали городскими легендами. Те из них кто выжил, как и уходящие один за другим, но сохранившие идеалы как истинные мифологические Титаны, силой духа, молодостью души и мысли, оказывают влияние и нацеливают на действие младшие поколения. А значит есть надежда на революционно-эволюционный социальный прорыв.<\p>

Источники:

  • Кабаков Александр, Попов Евгений. «Аксенов». Глава седьмая: Как Аксенов из шестидесятников вышел
  • Евгений Ясин: шестидесятники. 7 заметок к возможной дискуссии
  • 1968: год великого перелома

Источник: https://www.kakprosto.ru/kak-838021-kto-takie-shestidesyatniki

Шестидесятники (стр. 1 из 2)

План Введение<\p>

1 1930-е

2 Война

3 XX съезд

4 Проза

5 Поэзия

6 Авторская песня

7 «Физики» и «лирики»

8 Походники

9 Кино и театр

10 Живопись

11 Застой

12 Религия

13 Перестройка

14 История термина

15 Представители

Список литературы

Введение

Шестидесятники — субкультура советской интеллигенции, в основном захватившая поколение, родившееся приблизительно между 1925 и 1945 годами. Историческим контекстом, сформировавшим взгляды «шестидесятников» были годы сталинизма, Великая Отечественная война и эпоха «оттепели».

1. 1930-е

Большинство «шестидесятников» были выходцами из интеллигентской или партийной среды, сформировавшейся в 1920-е годы. Их родители, как правило, были убежденными большевиками, часто участниками Гражданской войны. Вера в коммунистические идеалы была для большинства «шестидесятников» самоочевидной, борьбе за эти идеалы их родители посвятили жизнь.

Однако ещё в детстве им пришлось пережить мировоззренческий кризис, так как именно эта среда больше всего пострадала от, так называемых, сталинских «чисток». У некоторых «шестидесятников» родители были посажены или расстреляны. Обычно это не вызывало радикального пересмотра взглядов — однако заставляло больше рефлексировать и приводило к скрытой оппозиции режиму.

2. Война

Огромное влияние на мировоззрение шестидесятников оказала Великая Отечественная война. В 1941 году старшей части поколения было 16 лет — и очень многие пошли добровольцами на фронт. Большая их часть, в частности, почти всё Московское ополчение, погибла в том же году.

Но для тех, кто выжил, война стала главным в жизни опытом. Столкновение с жизнью и смертью, с массой реальных людей и настоящей жизнью страны, не закамуфлированное пропагандой, требовало формировать собственное мнение.

Кроме того, атмосфера на передовой, в ситуации реальной опасности, была несравнимо более свободной, чем в мирной жизни. Наконец, экзистенциальный фронтовой опыт заставлял вообще по-иному относиться к социальным условностям.

Бывшие десятиклассники и первокурсники возвращались с фронта совсем другими, критичными и уверенными в себе людьми.

3. XX съезд

Важно

Однако их ждало разочарование. Вопреки массовым ожиданиям интеллигенции, что после войны наступит либерализация и очеловечивание строя, сталинский режим стал ещё жёстче и бескомпромисснее.

По стране прокатилась волна мракобесия в духе средневековья: борьба с «формализмом», кибернетикой, генетикой, врачами-убийцами, космополитизмом и т. д. Усилилась антизападная пропаганда.

Тем временем, большинство фронтовиков-шестидесятников вернулись на студенческие скамьи, сильно влияя на младших товарищей.

Определяющими событиями в жизни поколения стали смерть Сталина и доклад Н. С. Хрущева на ХХ съезде КПСС (1956 год), разоблачавший сталинские преступления.

Для большинства «шестидесятников» XX съезд был катарсисом, разрешившим многолетний мировоззренческий кризис, примирявший их с жизнью страны.

Последовавшая за XX съездом либерализация общественной жизни, известная как эпоха «оттепели», стала контекстом активной деятельности «шестидесятников».

Шестидесятники активно поддержали «возвращение к ленинским нормам», отсюда апологетика В.Ленина (стихи А.Вознесенского и Е.Евтушенко, пьесы М.Шатрова, проза Е.Яковлева) как противника Сталина и романтизация Гражданской войны (Б.Окуджава, Ю.Трифонов, А.Митта).

Шестидесятники — убеждённые интернационалисты и сторонники мира без границ. Не случайно культовыми фигурами для шестидесятников были революционеры в политике и в искусстве — В.Маяковский, Вс. Мейерхольд, Б.Брехт, Э. Че Гевара, Ф.Кастро, а также писатели Э.Хeмингуэй и Э. М. Ремарк.

4. Проза

Совет

Заметнее всего «шестидесятники» выразили себя в литературе. Огромную роль в этом играл журнал «Новый Мир», с 1958 по 1970 год редактировавшийся Александром Твардовским. Журнал, стойко исповедовавший либеральные взгляды, стал главным рупором «шестидесятников» и был невероятно популярен в их среде.

Трудно назвать печатное издание, имевшее сравнимое влияние на умы какого-нибудь поколения. Твардовский, пользуясь своим авторитетом, последовательно публиковал литературу и критику, свободные от соцреалистических установок.

Прежде всего это были честные, «окопные», произведения о войне, в основном молодых авторов — так называемая «лейтенантская проза»: «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова, «Пядь земли» Григория Бакланова, «Батальоны просят огня» Юрия Бондарева, «Мёртвым не больно» Василя Быкова и др. Огромное просветительское значение имела публикация мемуаров И.Эренбурга.

Но, очевидно, главным событием была публикация в 1962 году повести Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича» — первого произведения о сталинских лагерях. Публикация эта стала почти столь же переломным и катарсическим событием, как и сам XX Съезд.

Среди молодёжи огромной популярностью пользовалась катаевская «Юность».

5. Поэзия

С другой стороны, важную роль в среде «шестидесятников» стала играть модернистская поэзия. Поэтические чтения впервые в отечественной истории стали собирать толпы молодежи. Как писала известная правозащитница Людмила Алексеева:

Увлечение поэзией стало знаменем времени. Стихами болели тогда люди, ни прежде, ни позже поэзией и вообще литературой особенно не интересовавшиеся.

По всей Москве в учреждениях и конторах машинки были загружены до предела: все, кто мог, перепечатывал для себя и для друзей — стихи, стихи, стихи… Создалась молодёжная среда, паролем которой было знание стихов Пастернака, Мандельштама, Гумилёва. В 1958 году в Москве был торжественно открыт памятник Владимиру Маяковскому.

После завершения официальной церемонии открытия, на котором выступали запланированные поэты, стали читать стихи желающие из публики, в основном молодёжь. Участники той памятной встречи стали собираться у памятника, регулярно, пока чтения не были запрещены. Запрет действовал какое-то время, но потом чтения возобновились.

Обратите внимание

Встречи у памятника Маяковского в течение 1958—1961 гг. все более приобрели политическую окраску. Последняя из них состоялась осенью 1961 г., когда были арестованы несколько наиболее активных участников собраний по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде.

Организаторами чтений «на Маяке» были будущие диссиденты Владимир Буковский, Юрий Галансков и Эдуард Кузнецов.

Но традиции устной поэзии на этом не закончились. Её продолжали вечера в Политехническом музее. Там тоже выступали в основном молодые поэты: Евгений Евтушенко, Андрей Вознесенский, Белла Ахмадулина, Роберт Рождественский, Булат Окуджава.

6. Авторская песня

Съемки со знаменитых чтений в «Политехе» вошли в один из главных «шестидесятнических» фильмов — «Застава Ильича» Марлена Хуциева, а перечисленные поэты на несколько лет стали невероятно популярны.

Позже любовь публики перешла на поэтов нового жанра, порожденного культурой «шестидесятников»: авторской песней. Его отцом стал Булат Окуджава, начавший в конце 50-х исполнять под гитару свои песни — сперва на вечеринках или просто на бульваре.

Его песни резко отличались от передававшихся по радио — прежде всего личным, даже частным настроем. Вообще, песни Окуджавы — пожалуй, самое адекватное выражение мироощущения «шестидесятников». Вскоре появились другие авторы — Александр Галич, Юлий Ким, Новелла Матвеева, Юрий Визбор, ставшие классиками жанра.

Читайте также:  Образ пиковой дамы в повести а.с. пушкина

Появился аудио самиздат, разнесший голоса бардов по всей стране, — радио, телевидение и грамзапись были тогда для них закрыты.

7. «Физики» и «лирики»

«Шестидесятники» состояли из двух взаимосвязанных, но разных субкультур, шутливо называвшихся «физиками» и «лириками» — представителей научно-технической и гуманитарной интеллигенции. В частности, А. Эйнштейн и Л. Ландау были культовыми фигурами, чьи фото украшали квартиры людей далёких от физики.

Естественно, «физики» меньше проявляли себя в искусстве, однако мировоззренческая система, возникшая в их среде, была не менее (а, может, и более) важна в советской культуре 60-х- и 70-х годов. Присущая культуре «физиков» романтизация научного познания и научно-технического прогресса оказала огромное влияние на развитие науки и весь советский быт.

Важно

В искусстве взгляды «физиков» проявлялись не часто — ярчайшим примером является проза братьев Стругацких.

«Физики» (хотя их личные взгляды могли быть вполне независимыми) были гораздо более любимы государством, чем «лирики», — поскольку в них нуждалась оборонная промышленность.

Это отражено в известной строчке Слуцкого: «Что-то физики в почёте, что-то лирики в загоне».

Видимо, отчасти, с этим связано то, что к 70-м эстетика «физиков» была воспринята советским официозом — «научно-фантастический» стиль стал архитектурно-дизайнерской нормой позднего СССР.

8. Походники

В конце 60-х, когда общественная жизнь в стране была придушена, в среде «физиков» возникла новая субкультура — туристов-походников. В её основе лежала романтизация таежного (северного, высокогорного) быта геологов и прочих полевиков.

Простота, грубость и свобода их жизни были антитезой скучной бессмыслице «правильного» существования городского интеллигента. Кроме того, образ Сибири вызывал ассоциации с культурой зеков, блатной свободой, в общем изнанкой официальной жизни. Выражением этих настроений стал фильм Киры Муратовой «Короткие встречи» (1967 г.

) с Владимиром Высоцким в главной роли. Миллионы интеллигентов стали проводить свои отпуска в дальних турпоходах, штормовка стала обыденной интеллигентской одеждой, центральной практикой этой субкультуры было коллективное пение у костра под гитару — в результате чего авторская песня превратилась в массовый жанр.

Олицетворением и любимейшим автором этой субкультуры был бард Юрий Визбор. Впрочем, расцвет её пришёлся не на «шестидесятников», а на следующее поколение.

9. Кино и театр

скачать за 50 руб

после оплаты нажмите на кнопку «Вернуться на сайт» — документ будет скачан автоматически
Скачанный документ будет содержать только материал уже воспроизведенный на сайте.<\p>

Источник: http://MirZnanii.com/a/349207/shestidesyatniki

Поэты-шестидесятники: первые хипстеры, танцевавшие вальс с чудовищем

Они были кумирами, собирали стадионы, притягивая к себе всеобщее внимание.

Действительно ли в 60-е годы прошлого века страну захлестнула всеобщая любовь к поэзии и литературе? Неужели всех искренне интересовало, что важнее для страны: «физики» или «лирики»? С тех пор прошло полвека.

А это – вполне достаточное время для того, чтобы оценить деятельность и, главное, значение шестидесятников как для истории литературы, так и для истории Советского Союза.

Разговор начал писатель, главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков.

— Подводить черту под деятельностью шестидесятников, на мой взгляд, пока рановато, поскольку некоторые из них еще живы и продолжают плодотворно работать – как, например, Евгений Евтушенко, — заметил Юрий Михайлович.

И тут же принялся критиковать сериал:

— Я считаю, что его литературная основа – роман-мемуар Василия Аксенова – достаточно необъективна и описывает лишь узкую, во многом семейно-брачную либеральную тусовку. А потому класть ее в фундамент фильма о целой эпохе в корне неправильно.

Если мы хотим снять картину об этом времени, о царящей в не нем духовно-культурной жизни, надо говорить о куда более широком круге людей.

Совет

Ведь параллельно либеральной ветви (пафос творчества которой, кстати, был вполне советским, что не удивительно – многие шестидесятники были выходцами из номенклатурных и нквдэшных семей), существовали и другие выдающиеся литераторы. К примеру, Николай Рубцов, Феликс Чуев, Анатолий Передреев или Сергей Поликарпов.

А тут получилось какое-то искажение истории в угоду одной группы, представители которой, кстати, вовсе не были борцами с советским режимом, каковыми их пытаются сегодня представить.Так, может, значение шестидесятников в истории литературы сильно преувеличено?

— Мне представляется, что Поляков прав в одном, — говорит проректор Литературного инстута им. А.М. Горького Сергей Дмитренко. – Если мы хотим делать фильм об эпохе, в его основу нельзя брать очень субъективный роман Аксенова. Благодаря ему шестидесятничество превратилось в миф, которого на самом деле не было. А что было? Эпоха с очень сильной поэтической доминантой.

— Этот миф совершенно замечательный! – не согласен главный редактор издательства «Молодая гвардия» Андрей Петров. – Я помню, что, когда учился в школе, можно было завоевать сердце девочки, если достать на пару дней сборник стихов не Передреева, не Поликарпова, а Андрея Вознесенского, Беллы Ахмадулиной или Евгения Евтушенко.

— Смысловой, философский и исторический контекст той эпохи не исчерпывается перечисленными вами именами, — вступает в спор театральный продюсер и режиссер Эдуард Бояков. – Увы, есть поэты, о которых мы незаслуженно мало говорим и которых незаслуженно мало помним.

Чего стоит один Николай Рубцов или поэты-фронтовики, еще живые на тот момент! И, тем не менее, мы имеем дело с очень важным феноменом: шестидесятники были первыми советскими звездами массовой поп-культуры. Да, они действительно были хорошими поэтами. Но тут еще очень важно было, например, одеваться так, как они одевались.

Помните: все эти банты, шарфики, пестрые пиджаки и яркие рубахи. Вознесенский, Евтушенко – они же, говоря современным языком, были хипстерами, мажорами, зацикленными на форме, зарубежных поездках, разговорах, у кого с кем роман! Все это было существенной частью их жизни.

Стоит ли их за это критиковать? Ведь прекрасного качества их стихов никто не отменял. Однако есть одно «но».

— Столкновение либералов и патриотов, которое мы сегодня видим, безусловно имеет своим началом, своей «точкой сборки» конфликт героев «Таинственной страсти» с другим крылом литераторов, другими культурными программами, другими душами, — продолжает Бояков. — Да, благодаря им мы получили свободу. Но – не смогли эту свободу переварить, переработав ее в любовь к красивым шмоткам. Что и привело к нынешнему состоянию умов.

— Фигуры шестидесятников необходимо осмысливать критически, — уверен и студент Литинститута Антон Мельников.

— Людям надо прививать совсем другой принцип построения отношений со своей страной, нежели тот, что был у шестидесятников, — вновь берет слово Юрий Поляков.

– Есть принцип Аксенова: не сложилось здесь, возникли проблемы, ну, и идите вы все, а я уеду жить в США, а затем во Францию! А есть позиция Шолохова: как бы не было тяжело, я останусь в своей стране и буду с ней.

Вот только эта вторая линия нашим телевидением тщательно замалчивается, а потому советская эпоха подается однобоко: кто стал на тропу войны с режимом, тот герой, а тот, кто попытался этот режим изменить изнутри, вроде бы как и не интересен!

— В этом есть некоторое передергивание, — не согласна литературный критик Евгения Вежлян.

– Как можно сравнивать обладавшего множеством орденов и премий Шолохова с Аксеновым, который не собрал чемоданы и не уехал, а, так же, как и Иосиф Бродский, был выперт из страны?! Есть хорошее выражение писателя Ольги Славниковой – «вальс с чудовищем». Так вот, большинство шестидесятников, если говорить об их отношениях с властью, постоянно танцевали вальс с чудовищем.

– Я – яростный противник сериала «Таинственная страсть», — присоединяется к дискуссии кинокритик Леонид Павлючик, — потому что он не приблизил к нам шестидесятников и не возвысил их, как они того заслуживают.

В сериале они представлены какими-то мелкими сутягами и щелкоперами, которые постоянно курят, бражничают, ездят в Коктебель и занимаются адюльтерами! Но, как бы мы к ним не относились, они – гении XX века, люди, определившие мировоззрение нескольких поколений, те, кому рукоплескали стадионы. Более того, они определили вектор общественного движения.

— Именно в их поэзии воплотился дух того времени! – считает и Евгения Вежлян. – Они стали символом освобождения, признания интимности поэзии, поворота нашей страны лицом ко всему миру. И отрицать это невозможно!

— Шестидесятники – символы свободы, — подвел итог Антон Мельников. — И, чтобы их голос не затих, чтобы его не заглушила нынешняя информационная волна, людям надо постоянно говорить об их значении. Хочется верить, что наш разговор подтолкнет читателей к тому, чтобы вспомнить не только раскрученных авторов, но и других, не менее достойных поэтов той эпохи.

Источник: https://vm.ru/news/339609.html

Шестидесятники

Писатели-«шестидесятники» (слева направо): Николай Винграновский, Евгений Гуцало, Владимир Дрозд, Григор Тютюнник, Валерий Шевчук и Борис Олийнык в саду киностудии им.А.Довженко.

Фото 1969 года<\p> Писатели-«шестидесятники» (слева направо): Николай Винграновский, Евгений Гуцало, Владимир Дрозд, Григор Тютюнник, Валерий Шевчук и Борис Олийнык в саду киностудии им.А.Довженко.

Фото 1969 года

Шестидесятники — часть украинской интеллигенции 1960-х годов ХХ века, проявивших национальное сознание и моральную оппозицию к тоталитарному государственному режиму. Данный феномен в культуре был характерным не только для Украины, но и Советскому союзу в целом.

Шестидесятничество стало возможным из-за политических процессов, происходящих в Советском Союзе.

Период «оттепели» после смерти Сталина и развенчание его культа создали предпосылки для появления нового поколения талантливых литераторов и художников.

Обратите внимание

Они выступали за обновление тогдашнего общества, протестовали своим творчеством против господствующей душной атмосферы, боролись за подлинные культурные ценности, национальную свободу, человеческое достоинство.

Среди ведущих фигур новой плеяды были поэты Василий Симоненко, Иван Драч, Николай Винграновский, Лина Костенко, литературные критики Иван Дзюба, Евгений Сверстюк, Иван Светличный, историк Валентин Мороз, художники Опанас Заливаха, Алла Горская, кинематографисты Юрий Ильенко, Леонид Осыка, журналист Вячеслав Черновол и другие.

Своеобразным организационным центром движения шестидесятников стал киевский клуб творческой молодежи «Современник», возникший в 1959 году под эгидой городского комсомола.

Его возглавил Лесь Танюк, а самыми активными участниками были Алла Горская, Михайлина Коцюбинская, Николай Винграновский, Иван Драч и другие.

Среди основных форм их многогранной деятельности были: возрождение рождественских вертепов, организация различных художественных кружков; поиск мест массовых захоронений сталинских жертв; вечера памяти известных деятелей: Т.Шевченко, И.Франко, Л.Украинки, Н.Кулиша, Л.Курбаса; выступления в печати и т.д.

Под влиянием киевской ячейки был создан клуб творческой молодежи «Пролисок» во Львове, руководителем которого стал Михаил Косив, а деятельными членами — братья Михаил и Богдан Горыни, супруги Калинцы, Михаил Осадчий и другие. Деятельность львовского кружка отличалась большим радикализмом, в частности его участники предлагали воспользоваться опытом оуновского подполья.

Видя в поисках творческой молодежи зародыши оппозиционности, отступление от основных канонов, чиновники перешли в наступление на шестидесятников. Сигнал поступил из Москвы, где Никита Хрущев подверг брутальной травле представителей творческой интеллигенции.

Побывав в конце 1962 года на выставке молодых художников, он не понял и резко раскритиковал модернистское искусство. Вердикт был однозначным: «Запретить! Все запретить! Прекратить безобразие!». В 1963 году за перевоспитание молодого поколения взялся идеологический партийный босс А.Скаба.

Он подверг уничтожающей критике произведения Е.Сверстюка, И.Светличного, И.Дзюбы.

Важно

Развернулась кампания против тех, кто уделял «чрезмерное внимание» негативным явлениям сталинской эпохи.

К непокорным начали применять административные меры: им не разрешали печататься в журналах и газетах; разгоняли литературно-художественные вечера; закрывали клубы творческой молодежи.

В середине декабря 1963 года произошла загадочная смерть 28-летнего Василия Симоненко, который в последние годы подвергался преследованиям от власти.

Гонения на шестидесятников привели к тому, что часть из них «переориентировалась», став покорными режиму, другие отошли от общественной деятельности и занялись сугубо профессиональными делами, но были и такие, кто не отказался от своей позиции и пошел на обострение отношений с властью. Прежде всего последние прибегли к распространению «самиздата» — официально не признанной или запрещенной литературы, которая распространялась в от руки (или на пишущих машинках) переписанных копиях. На смену шестидесятничества, как правило, культурному, шло диссидентское движение, включавшее не только пропаганду культурных идей, но и правозащитную деятельность. Часто их тоже относят к шестидесятникам. В Украине это, в частности, Украинская Хельсинкская группа, ее противостояние с тотальным нарушением прав человека в Украине и СССР.

Сейчас шестидесятники широко известны, произведения поэтов и писателей этой плеяды входят в школьную программу. Те, кто жив из шестидесятников, по праву пользуются уважением и любовью многих читателей. В Украине также проводились выставки самиздата, работ художников того времени, публикуются произведения писателей.

Полезные ссылки

Виртуальный музей «Диссидентское движение в Украине».

Источник: https://uateka.com/ru/article/culture/literature_journ/1267

Поэт Евгений Евтушенко (1932-2017) и судьба поколения советских «шестидесятников»

Едва ли не самый знаменитый советский поэт 1960-1980-х годов Евгений Евтушенко скончался 1 апреля 2017 года в американском городе Талса, штат Оклахома, на 85 году жизни от ракового заболевания.

Читайте также:  Сочинение-рассказ от первого лица по картине фельдмана «родина»

Родившийся в 1932 году на станции Зима в Иркутской области, в Сибири, Евгений Евтушенко выдвинулся в число ведущих поэтов Советского Союза в период хрущевской «оттепели», связанной с официальным осуждением «культа личности» Сталина и массовым подъемом надежд советского народа на обновление страны на социалистической основе.

Евгений Евтушенко в 2009 г.

В одном из его наиболее известных стихотворений «Наследники Сталина», написанном в 1962 году в связи с выносом тела Сталина из Мавзолея на Красной площади, были такие строки:

Совет

Пусть мне говорят: «Успокойся…» —спокойным я быть не сумею.Покуда наследники Сталинаживы еще на земле,мне будет казаться,

что Сталин — еще в мавзолее.

Отец Евтушенко был геологом и прибалтийским немцем по рождению. Родители развелись, когда ему было семь лет. Первоначальную фамилию мальчика — Гангнус — мать заменила на свою девичью при переезде в Москву в конце войны.

В школе и в студенческие годы у Евтушенко были проблемы с успеваемостью и поведением, однако он быстро выдвинулся в качестве талантливого сочинителя стихов. Первые его стихотворные опыты появились в газете Советский спорт, когда ему было 17 лет, а уже в 1952 году выходит его первый поэтический сборник Разведчики грядущего.

Настоящую международную известность ему принесло стихотворение «Бабий Яр», написанное в 1961 году в память о массовых казнях евреев нацистскими оккупантами в местечке под Киевом осенью 1941 года. В стихотворении, переведенном на 72 языка мира, поэт провозглашал:

Я —каждый здесь расстрелянный старик.Я —каждый здесь расстрелянный ребёнок.Ничто во мнепро это не забудет!«Интернационал»пусть прогремит,когда навеки похоронен будетпоследний на земле антисемит.Еврейской крови нет вкрови моей.Но ненавистен злобой заскорузлойя всем антисемитам,как еврей,и потому —

я настоящий русский!

«Бабий Яр» по праву считается самым известным произведением поэта. Глубоко затрагивая чувства каждого человека, стихотворение имело огромный успех сразу с момента своего появления в Литературной газете в сентябре 1961 года.

Значение этого стихотворения подчеркивалось тем фактом, что в Советском Союзе как при Сталине, так и его преемниках негласно процветал государственный антисемитизм, проникавший также — под этим разлагающим влиянием — и на бытовой уровень.

Хотя военные корреспонденты Красной Армии, такие как Василий Гроссман, оказались в числе первых, кто — в том числе при освобождении нацистских лагерей смерти — стал свидетелем преступлений Холокоста и написал об этом, правда об ужасах нацизма еще долгое время держалась сталинистской бюрократией под спудом.

Бюрократия отрицала геноцид, совершенный гитлеровцами против еврейского народа, утверждая вместо этого, что убитые были «советскими гражданами».

Обратите внимание

Композитор Дмитрий Шостакович включил строки из этого стихотворения в свою 13-ю симфонию (1962). Позднее он рассказывал: «… Я был вне себя от радости, когда прочитал стихотворение Евтушенко “Бабий Яр”, оно меня потрясло. Оно потрясло тысячи людей.

Многие слышали о Бабьем Яре, но понадобились стихи Евтушенко, чтобы люди о нём узнали по-настоящему. Были попытки стереть память о Бабьем Яре, сначала со стороны немцев, а затем — украинского руководства. Но после стихов Евтушенко стало ясно, что он никогда не будет забыт.

Такова сила искусства».

Андрей Вознесенский вступает в московском Политехническом музее

В начале 1960-х годов повальное увлечение советской молодежи поэзией породило такой феномен, как массовые чтения стихов в больших залах.

Наиболее прославленным стали поэтические вечера в московском Политехническом музее, которые собирали тысячи поклонников.

Кроме Евгения Евтушенко на них выступали также трое наиболее известных молодых поэтов — Андрей Вознесенский, Роберт Рождественский и Белла Ахмадулина, ставшая первой женой Евтушенко.

Документальные кадры выступлений в Политехническом вошли в кинофильм режиссера Марлена Хуциева Застава Ильича (в прокате — Мне двадцать лет, 1965), признанного в качестве одного из символов периода «оттепели» и попыток лучших слоев советской интеллигенции того времени протянуть связующую нить из эпохи революции в современность.

Молодые поэты подражали ведущим фигурам 1920-х годов, таким как Сергей Есенин и, в особенности, Владимир Маяковский. Влияние последнего отразилось, в частности, на творчестве Роберта Рождественского и самого Евтушенко.

Андрей Вознесенский, Белла Ахмадулина и Евтушенко в 1960-е гг.

Главной особенностью поэтической манеры Евтушенко было сочетание глубокого лиризма и самопроникновения, — часто балансировавшего на грани самолюбования и эгоцентризма, — с гражданским пафосом и стремлением откликаться на самые злободневные вопросы политической жизни.

Важно

Взгляд на поэзию, согласно которому творческое самовыражение личности не может ограничиваться «башней из слоновой кости» «чистого искусства», и что оно неотделимо от стремления иметь определенную гражданскую позицию, он сформулировал в поэме Братская ГЭС (1965), задуманной как гимн успехам строительства советского общества, превосходящим все, до сих пор известное в мировой истории:

Поэт в России — больше, чем поэт.В ней суждено поэтами рождатьсялишь тем, в ком бродит гордый дух гражданства,

кому уюта нет, покоя нет.

Вместе тем главная проблема творческой судьбы Евтушенко, как и всего поколения советских «шестидесятников», состояла в его неспособности по-настоящему порвать со сталинистской бюрократией и найти прямую дорогу к подлинной истории и духовному пафосу Октябрьской революции 1917 года.

Эта неспособность, в конечном счете, являлась объективным социально-культурным феноменом, а не была просто результатом слабости отдельных лиц.

Сталинизм уничтожил лучшие элементы рабочего класса и интеллигенции, — всех, кто мог рассматриваться в качестве угрозы бюрократии.

В результате физического и интеллектуального разгрома советский народ оказался, по существу, отрезан от живой связи с подлинным марксизмом, включая сюда и знакомство с критикой контрреволюционного режима слева.

Люди искусства и культуры, без сомнения, испытывали искреннее чувство возмущения и ненависти в отношении Сталина. Однако ужасный опыт и наследие советского сталинизма не сводились к личным особенностям Сталина, а коренились в националистической и реакционной теории «социализма в отдельной стране», выступавшей антиподом интернациональных и революционных перспектив Октября.

Никита Хрущев в 1963 г.

Поколение «шестидесятников» пережило романтическое увлечение революцией и Гражданской войной, одним из свидетельств чего стали написанные в 1957 году строки Булата Окуджавы, сына известного старого большевика, грузина Шалвы Окуджава, обвиненного в «троцкизме» и расстрелянного Сталиным в ходе Большого террора конца 1930-х годов:

Совет

Какое б новое сраженье не покачнуло б шар земной,Я все равно паду на той, на той единственной Гражданской,

И комиссары в пыльных шлемах склонятся молча надо мной.

Но для того чтобы восстановить подлинный дух первых лет Советской власти, проложить мост между двумя эпохами, искусственно отделенными пропастью чудовищной трагедии, — политического геноцида против нескольких поколений большевистской партии и всей культуры русского социализма, — одного осуждения злодеяний Сталина было недостаточно. Необходимо было всерьез обратиться к наследию Льва Троцкого и Левой оппозиции, воплощавших лучшие традиции Октября и представлявших собой социалистическую альтернативу советскому сталинизму. Однако условия не слишком способствовали тому, чтобы люди культуры и искусства смогли совершить этот поворот.

Сознательное обращение к истории Левой оппозиции, продолжавшей традиции большевизма, было необходимо также для нового — и настоящего — «открытия» Ленина, который был превращен официальным советским «марксизмом-ленинизмом» в забальзамированную мумию, мертвую статую с ликом «государственного человека».

Не решив для себя эту главную и самую важную проблему, поколение советских «шестидесятников» было обречено на вырождение и моральную деградацию, а вместе с тем и на прогрессирующее творческое бессилие.

Двойственность, растущие лицемерие и цинизм нашли свое отражение в творчестве и личных особенностях Евгения Евтушенко.

В середине 1960-х он выступал с осуждением гонений на поэта Иосифа Бродского и писателя Юлия Даниэля, а в 1968 году на беспощадное подавление Пражской весны брежневским руководством откликнулся словами: «Танки идут по Праге, танки идут по правде». Он также написал целый ряд стихотворений о войне во Вьетнаме. Но в 1970-е годы он все более и более превращается в ритуальную фигуру «представителя советской культуры» за рубежом.

Евтушенко посетил более сотни стран, встречаясь не только с Фиделем Кастро и Че Геварой, но и с такими одиозными фигурами мирового империализма, как, например, президент США Ричард Никсон.

Президент Ричард Никсон и Евтушенко

Необходимость регулярно «откликаться» на актуальные политические вопросы в духе интересов кремлевской верхушки порождала наспех сколоченные, часто халтурные вирши. Журналист и писатель Денис Драгунский отмечает: «Евтушенко пестр, многоцветен, порой безвкусен. Как и его одежда — эти цветастые пиджаки, перстни, рубахи безумных покроев».

Обратите внимание

Говоря об умении Евтушенко выстраивать отношения с властями и «продвигать себя», Драгунский приводит рассказ одного журналиста газеты Комсомольская правда, который в середине 1970-х «наблюдал Евтушенко дважды в течение одного дня.

Утром поэт заходил в «Комсомолку» [в те годы — один из очагов «свободомыслия» в разрешенных рамках] и был одет очень модно, ярко и импортно.

А часа в три пополудни он встретил Евтушенко в ЦК ВЛКСМ и едва узнал — тот был в скромном советском костюме, галстук селедочкой… Очевидно, специально заехал домой переодеться».

Процесс перерождения советской интеллигенции не совершился в одно мгновение, а растянулся, как минимум, на два с лишним десятилетия, неуклонно прогрессируя в годы так называемого брежневского «застоя».

Все же, получив мощный толчок периода «оттепели», советская культура еще продолжала некоторое время давать значимые плоды. Расцвет советского кино пришелся, например, на конец 1960-х — начало 1980-х годов.

Как бы то ни было сохранение власти контрреволюционной сталинской бюрократии, с которой можно было покончить прогрессивным образом только на путях политической революции рабочего класса, завело Советский Союз в смертельный тупик.

Горбачевская «перестройка» вскрыла подспудно совершавшийся процесс гниения и реальную опасность капиталистической реставрации, когда ведущие слои советской интеллигенции «вдруг» обнаружили, что ради «ценностей» буржуазного общества они готовы проклясть и революцию, и социализм, и свое собственное недавнее прошлое.

Признанные лидеры — в разных сферах науки и культуры — советских «шестидесятников» стали главной интеллектуальной опорой реставрации капитализма, проведенной сталинистской бюрократией на рубеже 1980-1990-х годов и разрушившей Советский Союз.

Важно

Идя все дальше по пути антикоммунизма, значительная часть этого слоя поддержала авторитарный режим Ельцина, восторженно одобрив расстрел парламента из танков осенью 1993 года, как это сделал упоминавшийся выше Булат Окуджава. Спустя несколько лет они — в полном согласии с позицией наиболее влиятельной группы новоявленных «олигархов» — поддержали Владимира Путина в качестве преемника Бориса Ельцина на посту президента России.

В постсоветское время Евтушенко пытался обрести новую почву под ногами, но без большого успеха. Его умеренно-критическая позиция по отношению к ельцинской России позволила ему сохранить определенную популярность, но все это напоминало уже жизнь после смерти.

В 1991-м он перебрался вместе с семьей в США, получив работу в университете в штате Оклахома. С этого момента он бывал в России преимущественно наездами, периодически выступая с концертами, давая интервью и занимаясь изданием пятитомной антологии русской поэзии за «десять веков» истории страны.

Три года назад, в 2014 году, Евтушенко поддержал прозападный переворот в Киеве, осуществленный руками крайне правых и фашистских сил.

За несколько дней до свержения президента Виктора Януковича он написал стихотворение «Государство, будь человеком!», в котором заявил, что «невидимками на Майдане / вместе — Пушкин, Брюллов, мы стоим» [Карл Брюллов — русский художник, который деньгами и другими усилиями помог освободиться из крепостничества Тарасу Шевченко, знаменитому украинскому поэту].

Эта финальная трансформация Евтушенко из «попутчика» и «друга» советской бюрократии в лояльного сторонника империализма обеспечила ему симпатии прозападной либеральной оппозиции, которая вполне «реабилитировала» его в своих глазах.

Поэт и писатель Дмитрий Быков говорит сегодня о «драме и триумфе Евтушенко», отмечая, что «он был именно человек, наделенный сверхчеловеческими способностями». Одновременно подведена черта и под многолетним «конфликтом» Бродского и Евтушенко.

Поэт Иосиф Бродский, ставший Нобелевским лауреатом по литературе в 1987 году, в зените горбачевской «перестройки», уже к концу 1960-х годов политически сдвинулся далеко вправо — к крайнему антикоммунизму.

Совет

Его личная неприязнь к официально признанным советским писателям и поэтам наиболее специфически выражалась в негативном отношении именно к Евтушенко. Доходило до того, что Бродский, по рассказам, заявлял: «Если Евтушенко против колхозов, то я — за».

С высоты сегодняшнего дня этот «конфликт» выглядит всего лишь эпизодом, хотя и немаловажным с точки зрения чисто литературной истории.

Было бы большим упрощением смотреть на судьбу поколения советских «шестидесятников» как на одно сплошное поражение в моральном и творческом смысле. Он оставило после себя немало живого и свежего, что будет жить в памяти будущих поколений.

Сегодня, когда американская правящая элита в течение многих месяцев ведет агрессивную антироссийскую кампанию, пытаясь — для оправдания своих военных планов по глобальному доминированию — нагнетать откровенную ненависть к русским как к народу, хочется вспомнить одно из лучших стихотворений Евгения Евтушенко, которое было написано в 1961 году. В один из самых тяжелых периодов «холодной войны», накануне «Карибского кризиса», он, напоминая об уроках Второй мировой войны, говорил:

Хотят ли русские войны? Спросите вы у тишины над ширью пашен и полей

и у берез и тополей…

Да, мы умеем воевать, но не хотим, чтобы опять солдаты падали в бою на землю грустную свою. Спросите вы у матерей, спросите у жены моей, и вы тогда понять должны,

хотят ли русские войны.

Источник: https://www.wsws.org/ru/articles/2017/05/05/yevt-m05.html

Ссылка на основную публикацию